Со..нце едва взо­шло но уже пекло (не)ми­ло­серд­но. Се­реб­ри­сто(го­лу­бое) небо было без­обл..чно океан (не)по­дви­жен. Ко­рабль бро­сил якорь в (не)боль­шой бухте, у ска­ли­сто..о бе­ре­га, двумя усту­па­ми под­ни­мав­ше..ося из воды.

Лодки от­плы­ли от ко­раб­ля и ра(с,сс)е..лись по за­ли­ву.⁽⁴⁾ Одна из них по­до­шла бли(з/с)ко к бе­ре­гу. Ны­ряль­щик за­хва­тил но­га­ми об­ло­мок кора(л,лл)ово..о извес..няка пр..вяза(н,нн)ый к концу верёвки и быст­ро⁽²⁾ опу­стил­ся на дно.

Вода была тёплая и про­зрач..ная. Каж­дый ка­мень на дне был отчётливо виден. Ближе к бе­ре­гу со дна под­ни­ма­лись кора(л,лл)ы – (не)по­движ­но за­стыв­шие кусты под­вод­ных с..дов. Мел­кие рыбки отл..вав­шие зо­ло­том и се­реб­ром шны­ря­ли между этими ку­ста­ми.

Ны­ряль­щик опу­стил­ся на дно и со­гнув­шись начал быст­ро соб..рать ра­ко­ви­ны и класть в ме­шо­чек закр..плё(н,нн)ый⁽³⁾ (на)боку.

Со..нце едва взо­шло но уже пекло (не)ми­ло­серд­но. Се­реб­ри­сто(го­лу­бое) небо было без­обл..чно океан (не)по­дви­жен. Ко­рабль бро­сил якорь в (не)боль­шой бухте, у ска­ли­сто..о бе­ре­га, двумя усту­па­ми под­ни­мав­ше..ося из воды.

Лодки от­плы­ли от ко­раб­ля и ра(с,сс)е..лись по за­ли­ву.⁽⁴⁾ Одна из них по­до­шла бли(з/с)ко к бе­ре­гу. Ны­ряль­щик за­хва­тил но­га­ми об­ло­мок кора(л,лл)ово..о извес..няка пр..вяза(н,нн)ый к концу верёвки и быст­ро⁽²⁾ опу­стил­ся на дно.

Вода была тёплая и про­зрач..ная. Каж­дый ка­мень на дне был отчётливо виден. Ближе к бе­ре­гу со дна под­ни­ма­лись кора(л,лл)ы – (не)по­движ­но за­стыв­шие кусты под­вод­ных с..дов. Мел­кие рыбки отл..вав­шие зо­ло­том и се­реб­ром шны­ря­ли между этими ку­ста­ми.

Ны­ряль­щик опу­стил­ся на дно и со­гнув­шись начал быст­ро соб..рать ра­ко­ви­ны и класть в ме­шо­чек закр..плё(н,нн)ый⁽³⁾ (на)боку.

(1)Взрос­лые часто не по­ни­ма­ют детей, по­то­му что видят мир не таким, каким его видят дети. (2)В окру­жа­ю­щих пред­ме­тах взрос­лые видят их на­зна­че­ние, то, чем эти пред­ме­ты по­лез­ны для них. (3)Дети же видят лицо вещей. (4)Они не знают, от­ку­да эти вещи яви­лись, кто их сде­лал и сде­лал ли кто. (5)Дети знают, что вещи су­ще­ству­ют, живут, и от­но­сят­ся к вещам, как к живым су­ще­ствам.

(6)Помню себя ма­лень­ким  — четырёхлет­ним, может быть, трёхлет­ним. (7)Вижу себя в окру­же­нии вещей, ко­то­рые не толь­ко будят во мне какие-то мысли, но и дей­ству­ют на мои чув­ства. (8)Вот су­ту­лый шкаф стоит, под­пи­рая своей ши­ро­кой спи­ной стену, по­гру­зив­шись в бес­ко­неч­ную думу. (9)От него не добьёшься слов. (10)Если он и про­из­несёт что-ни­будь на своём скри­пу­чем, не­по­нят­ном для меня языке, то лишь когда от­кры­ва­ют двер­цы, чтоб до­стать что-ни­будь из одеж­ды.

(11)По срав­не­нию со шка­фом буфет  — лег­ко­мыс­лен­ное су­ще­ство. (12)У него и цвет не такой серо-бурый, а с крас­но­ва­тым от­ли­вом. (13)Верх­ние двер­цы на его груди укра­ше­ны де­ре­вян­ной резь­бой. (14)По бокам тор­чат вы­то­чен­ные из де­ре­ва шпи­ле­об­раз­ные фи­гу­ры, на­по­ми­на­ю­щие шах­мат­ных фер­зей. (15)Этот чудак буфет, на­вер­но, во­об­ра­жа­ет, что очень кра­си­во, когда на пле­чах такие не­ле­пые шту­ко­ви­ны. (16)На его пол­ках хра­нят­ся сахар, пе­че­нье, ва­ре­нье, ино­гда даже кон­фе­ты. (17)И ко­фей­ная мель­ни­ца  — её можно вер­теть сколь­ко угод­но, когда никто не видит.

(18)Сло­вом, буфет  — су­ще­ство не­ле­пое, но ком­па­ней­ское, чего не ска­жешь о крес­лах. (19)В белых чех­лах, из-под ко­то­рых, точно из-под пла­тьев, тор­чат толь­ко кон­чи­ки ножек, они по­хо­жи на чо­пор­ных дам. (20)Они чинно сидят по углам ком­на­ты и мол­чат. (21)Чув­ству­ет­ся, что им до за­ре­зу хо­чет­ся по­го­во­рить. (22)Хо­чет­ся по­су­да­чить о раз­ном, да не хо­чет­ся по­ка­зы­вать, что их могут ин­те­ре­со­вать пу­стые раз­го­во­ры. (23)В их об­ще­стве я чув­ствую себя лиш­ним, чем-то вроде гвоз­дя в са­по­ге.

(По Н. Но­со­ву)

(1)Взрос­лые часто не по­ни­ма­ют детей, по­то­му что видят мир не таким, каким его видят дети. (2)В окру­жа­ю­щих пред­ме­тах взрос­лые видят их на­зна­че­ние, то, чем эти пред­ме­ты по­лез­ны для них. (3)Дети же видят лицо вещей. (4)Они не знают, от­ку­да эти вещи яви­лись, кто их сде­лал и сде­лал ли кто. (5)Дети знают, что вещи су­ще­ству­ют, живут, и от­но­сят­ся к вещам, как к живым су­ще­ствам.

(6)Помню себя ма­лень­ким  — четырёхлет­ним, может быть, трёхлет­ним. (7)Вижу себя в окру­же­нии вещей, ко­то­рые не толь­ко будят во мне какие-то мысли, но и дей­ству­ют на мои чув­ства. (8)Вот су­ту­лый шкаф стоит, под­пи­рая своей ши­ро­кой спи­ной стену, по­гру­зив­шись в бес­ко­неч­ную думу. (9)От него не добьёшься слов. (10)Если он и про­из­несёт что-ни­будь на своём скри­пу­чем, не­по­нят­ном для меня языке, то лишь когда от­кры­ва­ют двер­цы, чтоб до­стать что-ни­будь из одеж­ды.

(11)По срав­не­нию со шка­фом буфет  — лег­ко­мыс­лен­ное су­ще­ство. (12)У него и цвет не такой серо-бурый, а с крас­но­ва­тым от­ли­вом. (13)Верх­ние двер­цы на его груди укра­ше­ны де­ре­вян­ной резь­бой. (14)По бокам тор­чат вы­то­чен­ные из де­ре­ва шпи­ле­об­раз­ные фи­гу­ры, на­по­ми­на­ю­щие шах­мат­ных фер­зей. (15)Этот чудак буфет, на­вер­но, во­об­ра­жа­ет, что очень кра­си­во, когда на пле­чах такие не­ле­пые шту­ко­ви­ны. (16)На его пол­ках хра­нят­ся сахар, пе­че­нье, ва­ре­нье, ино­гда даже кон­фе­ты. (17)И ко­фей­ная мель­ни­ца  — её можно вер­теть сколь­ко угод­но, когда никто не видит.

(18)Сло­вом, буфет  — су­ще­ство не­ле­пое, но ком­па­ней­ское, чего не ска­жешь о крес­лах. (19)В белых чех­лах, из-под ко­то­рых, точно из-под пла­тьев, тор­чат толь­ко кон­чи­ки ножек, они по­хо­жи на чо­пор­ных дам. (20)Они чинно сидят по углам ком­на­ты и мол­чат. (21)Чув­ству­ет­ся, что им до за­ре­зу хо­чет­ся по­го­во­рить. (22)Хо­чет­ся по­су­да­чить о раз­ном, да не хо­чет­ся по­ка­зы­вать, что их могут ин­те­ре­со­вать пу­стые раз­го­во­ры. (23)В их об­ще­стве я чув­ствую себя лиш­ним, чем-то вроде гвоз­дя в са­по­ге.

(По Н. Но­со­ву)

(1)Взрос­лые часто не по­ни­ма­ют детей, по­то­му что видят мир не таким, каким его видят дети. (2)В окру­жа­ю­щих пред­ме­тах взрос­лые видят их на­зна­че­ние, то, чем эти пред­ме­ты по­лез­ны для них. (3)Дети же видят лицо вещей. (4)Они не знают, от­ку­да эти вещи яви­лись, кто их сде­лал и сде­лал ли кто. (5)Дети знают, что вещи су­ще­ству­ют, живут, и от­но­сят­ся к вещам, как к живым су­ще­ствам.

(6)Помню себя ма­лень­ким  — четырёхлет­ним, может быть, трёхлет­ним. (7)Вижу себя в окру­же­нии вещей, ко­то­рые не толь­ко будят во мне какие-то мысли, но и дей­ству­ют на мои чув­ства. (8)Вот су­ту­лый шкаф стоит, под­пи­рая своей ши­ро­кой спи­ной стену, по­гру­зив­шись в бес­ко­неч­ную думу. (9)От него не добьёшься слов. (10)Если он и про­из­несёт что-ни­будь на своём скри­пу­чем, не­по­нят­ном для меня языке, то лишь когда от­кры­ва­ют двер­цы, чтоб до­стать что-ни­будь из одеж­ды.

(11)По срав­не­нию со шка­фом буфет  — лег­ко­мыс­лен­ное су­ще­ство. (12)У него и цвет не такой серо-бурый, а с крас­но­ва­тым от­ли­вом. (13)Верх­ние двер­цы на его груди укра­ше­ны де­ре­вян­ной резь­бой. (14)По бокам тор­чат вы­то­чен­ные из де­ре­ва шпи­ле­об­раз­ные фи­гу­ры, на­по­ми­на­ю­щие шах­мат­ных фер­зей. (15)Этот чудак буфет, на­вер­но, во­об­ра­жа­ет, что очень кра­си­во, когда на пле­чах такие не­ле­пые шту­ко­ви­ны. (16)На его пол­ках хра­нят­ся сахар, пе­че­нье, ва­ре­нье, ино­гда даже кон­фе­ты. (17)И ко­фей­ная мель­ни­ца  — её можно вер­теть сколь­ко угод­но, когда никто не видит.

(18)Сло­вом, буфет  — су­ще­ство не­ле­пое, но ком­па­ней­ское, чего не ска­жешь о крес­лах. (19)В белых чех­лах, из-под ко­то­рых, точно из-под пла­тьев, тор­чат толь­ко кон­чи­ки ножек, они по­хо­жи на чо­пор­ных дам. (20)Они чинно сидят по углам ком­на­ты и мол­чат. (21)Чув­ству­ет­ся, что им до за­ре­зу хо­чет­ся по­го­во­рить. (22)Хо­чет­ся по­су­да­чить о раз­ном, да не хо­чет­ся по­ка­зы­вать, что их могут ин­те­ре­со­вать пу­стые раз­го­во­ры. (23)В их об­ще­стве я чув­ствую себя лиш­ним, чем-то вроде гвоз­дя в са­по­ге.

(По Н. Но­со­ву)

(1)Взрос­лые часто не по­ни­ма­ют детей, по­то­му что видят мир не таким, каким его видят дети. (2)В окру­жа­ю­щих пред­ме­тах взрос­лые видят их на­зна­че­ние, то, чем эти пред­ме­ты по­лез­ны для них. (3)Дети же видят лицо вещей. (4)Они не знают, от­ку­да эти вещи яви­лись, кто их сде­лал и сде­лал ли кто. (5)Дети знают, что вещи су­ще­ству­ют, живут, и от­но­сят­ся к вещам, как к живым су­ще­ствам.

(6)Помню себя ма­лень­ким  — четырёхлет­ним, может быть, трёхлет­ним. (7)Вижу себя в окру­же­нии вещей, ко­то­рые не толь­ко будят во мне какие-то мысли, но и дей­ству­ют на мои чув­ства. (8)Вот су­ту­лый шкаф стоит, под­пи­рая своей ши­ро­кой спи­ной стену, по­гру­зив­шись в бес­ко­неч­ную думу. (9)От него не добьёшься слов. (10)Если он и про­из­несёт что-ни­будь на своём скри­пу­чем, не­по­нят­ном для меня языке, то лишь когда от­кры­ва­ют двер­цы, чтоб до­стать что-ни­будь из одеж­ды.

(11)По срав­не­нию со шка­фом буфет  — лег­ко­мыс­лен­ное су­ще­ство. (12)У него и цвет не такой серо-бурый, а с крас­но­ва­тым от­ли­вом. (13)Верх­ние двер­цы на его груди укра­ше­ны де­ре­вян­ной резь­бой. (14)По бокам тор­чат вы­то­чен­ные из де­ре­ва шпи­ле­об­раз­ные фи­гу­ры, на­по­ми­на­ю­щие шах­мат­ных фер­зей. (15)Этот чудак буфет, на­вер­но, во­об­ра­жа­ет, что очень кра­си­во, когда на пле­чах такие не­ле­пые шту­ко­ви­ны. (16)На его пол­ках хра­нят­ся сахар, пе­че­нье, ва­ре­нье, ино­гда даже кон­фе­ты. (17)И ко­фей­ная мель­ни­ца  — её можно вер­теть сколь­ко угод­но, когда никто не видит.

(18)Сло­вом, буфет  — су­ще­ство не­ле­пое, но ком­па­ней­ское, чего не ска­жешь о крес­лах. (19)В белых чех­лах, из-под ко­то­рых, точно из-под пла­тьев, тор­чат толь­ко кон­чи­ки ножек, они по­хо­жи на чо­пор­ных дам. (20)Они чинно сидят по углам ком­на­ты и мол­чат. (21)Чув­ству­ет­ся, что им до за­ре­зу хо­чет­ся по­го­во­рить. (22)Хо­чет­ся по­су­да­чить о раз­ном, да не хо­чет­ся по­ка­зы­вать, что их могут ин­те­ре­со­вать пу­стые раз­го­во­ры. (23)В их об­ще­стве я чув­ствую себя лиш­ним, чем-то вроде гвоз­дя в са­по­ге.

(По Н. Но­со­ву)

(1)Взрос­лые часто не по­ни­ма­ют детей, по­то­му что видят мир не таким, каким его видят дети. (2)В окру­жа­ю­щих пред­ме­тах взрос­лые видят их на­зна­че­ние, то, чем эти пред­ме­ты по­лез­ны для них. (3)Дети же видят лицо вещей. (4)Они не знают, от­ку­да эти вещи яви­лись, кто их сде­лал и сде­лал ли кто. (5)Дети знают, что вещи су­ще­ству­ют, живут, и от­но­сят­ся к вещам, как к живым су­ще­ствам.

(6)Помню себя ма­лень­ким  — четырёхлет­ним, может быть, трёхлет­ним. (7)Вижу себя в окру­же­нии вещей, ко­то­рые не толь­ко будят во мне какие-то мысли, но и дей­ству­ют на мои чув­ства. (8)Вот су­ту­лый шкаф стоит, под­пи­рая своей ши­ро­кой спи­ной стену, по­гру­зив­шись в бес­ко­неч­ную думу. (9)От него не добьёшься слов. (10)Если он и про­из­несёт что-ни­будь на своём скри­пу­чем, не­по­нят­ном для меня языке, то лишь когда от­кры­ва­ют двер­цы, чтоб до­стать что-ни­будь из одеж­ды.

(11)По срав­не­нию со шка­фом буфет  — лег­ко­мыс­лен­ное су­ще­ство. (12)У него и цвет не такой серо-бурый, а с крас­но­ва­тым от­ли­вом. (13)Верх­ние двер­цы на его груди укра­ше­ны де­ре­вян­ной резь­бой. (14)По бокам тор­чат вы­то­чен­ные из де­ре­ва шпи­ле­об­раз­ные фи­гу­ры, на­по­ми­на­ю­щие шах­мат­ных фер­зей. (15)Этот чудак буфет, на­вер­но, во­об­ра­жа­ет, что очень кра­си­во, когда на пле­чах такие не­ле­пые шту­ко­ви­ны. (16)На его пол­ках хра­нят­ся сахар, пе­че­нье, ва­ре­нье, ино­гда даже кон­фе­ты. (17)И ко­фей­ная мель­ни­ца  — её можно вер­теть сколь­ко угод­но, когда никто не видит.

(18)Сло­вом, буфет  — су­ще­ство не­ле­пое, но ком­па­ней­ское, чего не ска­жешь о крес­лах. (19)В белых чех­лах, из-под ко­то­рых, точно из-под пла­тьев, тор­чат толь­ко кон­чи­ки ножек, они по­хо­жи на чо­пор­ных дам. (20)Они чинно сидят по углам ком­на­ты и мол­чат. (21)Чув­ству­ет­ся, что им до за­ре­зу хо­чет­ся по­го­во­рить. (22)Хо­чет­ся по­су­да­чить о раз­ном, да не хо­чет­ся по­ка­зы­вать, что их могут ин­те­ре­со­вать пу­стые раз­го­во­ры. (23)В их об­ще­стве я чув­ствую себя лиш­ним, чем-то вроде гвоз­дя в са­по­ге.

(По Н. Но­со­ву)