Ноч.. безлу(н,нн)а. Успо­ко..вш..еся после штор­ма море дыш..т солёным ар..матом и лас­ко­во зву­чит пл..ска­ясь о борта судов, чуть-чуть покач..вая ло..ку. (В)дали⁽²⁾ под­ни­ма­ют..ся (не)разл..чимые оч..рта­ния судов вонза..щих в небо ост­рые мачты. Вода от­ра­жа..т огни ф..нарей и всё море усе..(н,нн)о м(с,сс)ой ж..лтых пятен кра­си­во тре­пещ..щих на его бар­ха­те.

Разо­рв..(н,нн)ые⁽³⁾ об­ла­ка пол­зут то сл..ваясь то обг..няя друг друга. Они пе­ре­меш..вают свои цвета и формы погл..щая сами себя и вновь возн..кая в новых оч..рта­ни­ях.

Сидя на корме Чел­каш реж..т рулём воду спо­кой­но глядя (в)перёд. На море в нём все­гда под­ни­ма­ет..ся (не)объ­яс­ни­мое чу..ство покоя.⁽⁴⁾ Душа его охвач..(н,нн)ая этим чу..ством не­мно­го очища..т..ся. (Не)об..ятный звук моря лас­ко­во укр..щая злые по­ры­вы души родит в ней мо­гу­чие мечты…

Ноч.. безлу(н,нн)а. Успо­ко..вш..еся после штор­ма море дыш..т солёным ар..матом и лас­ко­во зву­чит пл..ска­ясь о борта судов, чуть-чуть покач..вая ло..ку. (В)дали⁽²⁾ под­ни­ма­ют..ся (не)разл..чимые оч..рта­ния судов вонза..щих в небо ост­рые мачты. Вода от­ра­жа..т огни ф..нарей и всё море усе..(н,нн)о м(с,сс)ой ж..лтых пятен кра­си­во тре­пещ..щих на его бар­ха­те.

Разо­рв..(н,нн)ые⁽³⁾ об­ла­ка пол­зут то сл..ваясь то обг..няя друг друга. Они пе­ре­меш..вают свои цвета и формы погл..щая сами себя и вновь возн..кая в новых оч..рта­ни­ях.

Сидя на корме Чел­каш реж..т рулём воду спо­кой­но глядя (в)перёд. На море в нём все­гда под­ни­ма­ет..ся (не)объ­яс­ни­мое чу..ство покоя.⁽⁴⁾ Душа его охвач..(н,нн)ая этим чу..ством не­мно­го очища..т..ся. (Не)об..ятный звук моря лас­ко­во укр..щая злые по­ры­вы души родит в ней мо­гу­чие мечты…

(1)Осень в этом году сто­я­ла сухая и тёплая. (2)Берёзовые рощи долго не жел­те­ли. (3)Долго не увя­да­ла трава. (4)Толь­ко го­лу­бе­ю­щая дымка за­тя­ги­ва­ла плёсы на Оке и отдалённые леса.

(5)Я плыл на лодке вниз по реке и вдруг услы­шал, как в небе кто-то начал осто­рож­но пе­ре­ли­вать воду из звон­ко­го стек­лян­но­го со­су­да в дру­гой такой же сосуд. (6)Вода буль­ка­ла, по­зва­ни­ва­ла, жур­ча­ла. (7)Звуки эти за­пол­ня­ли всё про­стран­ство между рекой и не­бо­сво­дом. (8)Это кур­лы­ка­ли жу­рав­ли.

(9)Я под­нял го­ло­ву. (10)Боль­шие ко­ся­ки жу­рав­лей тя­ну­лись один за дру­гим прямо к югу. (11)Они уве­рен­но и мерно на­прав­ля­лись на юг, ле­те­ли к тёплой стра­не с пре­крас­ным име­нем Та­ври­да.

(12)Я швыр­нул вёсла и долго смот­рел на жу­рав­лей. (13)По бе­ре­го­вой просёлоч­ной до­ро­ге ехал, по­ка­чи­ва­ясь, гру­зо­вик. (14)Вдруг шофёр оста­но­вил ма­ши­ну, вышел и тоже начал смот­реть на жу­рав­лей.

— (15)Счаст­ли́во, дру­зья!  — крик­нул он и по­ма­хал рукой вслед пти­цам.

(16)Потом он опять за­брал­ся в ка­би­ну, но долго не за­во­дил мотор, а от­крыл бо­ко­вое стек­ло, вы­су­нул­ся и всё смот­рел и смот­рел, никак не мог ото­рвать­ся от жу­рав­ли­ной стаи, ухо­див­шей в туман. (17)И всё слу­шал плеск и пе­ре­ли­вы пти­чье­го крика над опу­стев­шей по осени землёй.

(18)За не­сколь­ко дней до этой встре­чи с жу­рав­ля­ми один жур­нал по­про­сил меня на­пи­сать ста­тью о том, что такое «ше­девр», и рас­ска­зать о каком-ни­будь ли­те­ра­тур­ном ше­дев­ре. (19)Иначе го­во­ря, о со­вер­шен­ном и без­уко­риз­нен­ном про­из­ве­де­нии.

(20)Сей­час на реке я по­ду­мал, что ше­дев­ры су­ще­ству­ют не толь­ко в ис­кус­стве, но и в при­ро­де. (21)Разве не ше­девр этот крик жу­рав­лей и их ве­ли­ча­вый перелёт по не­из­мен­ным в те­че­ние мно­гих ты­ся­че­ле­тий воз­душ­ным до­ро­гам?

(22)Да что го­во­рить! (23)Каж­дый осен­ний лист был ше­дев­ром!

(24)Каж­дый лист был со­вер­шен­ным тво­ре­ни­ем при­ро­ды, про­из­ве­де­ни­ем её та­ин­ствен­но­го ис­кус­ства, не­до­ступ­но­го нам, людям. (25)Этим ис­кус­ством уве­рен­но вла­де­ла толь­ко она, толь­ко при­ро­да, рав­но­душ­ная к нашим вос­тор­гам и по­хва­лам.

(По К. Г. Па­у­стов­ско­му)

(1)Осень в этом году сто­я­ла сухая и тёплая. (2)Берёзовые рощи долго не жел­те­ли. (3)Долго не увя­да­ла трава. (4)Толь­ко го­лу­бе­ю­щая дымка за­тя­ги­ва­ла плёсы на Оке и отдалённые леса.

(5)Я плыл на лодке вниз по реке и вдруг услы­шал, как в небе кто-то начал осто­рож­но пе­ре­ли­вать воду из звон­ко­го стек­лян­но­го со­су­да в дру­гой такой же сосуд. (6)Вода буль­ка­ла, по­зва­ни­ва­ла, жур­ча­ла. (7)Звуки эти за­пол­ня­ли всё про­стран­ство между рекой и не­бо­сво­дом. (8)Это кур­лы­ка­ли жу­рав­ли.

(9)Я под­нял го­ло­ву. (10)Боль­шие ко­ся­ки жу­рав­лей тя­ну­лись один за дру­гим прямо к югу. (11)Они уве­рен­но и мерно на­прав­ля­лись на юг, ле­те­ли к тёплой стра­не с пре­крас­ным име­нем Та­ври­да.

(12)Я швыр­нул вёсла и долго смот­рел на жу­рав­лей. (13)По бе­ре­го­вой просёлоч­ной до­ро­ге ехал, по­ка­чи­ва­ясь, гру­зо­вик. (14)Вдруг шофёр оста­но­вил ма­ши­ну, вышел и тоже начал смот­реть на жу­рав­лей.

— (15)Счаст­ли́во, дру­зья!  — крик­нул он и по­ма­хал рукой вслед пти­цам.

(16)Потом он опять за­брал­ся в ка­би­ну, но долго не за­во­дил мотор, а от­крыл бо­ко­вое стек­ло, вы­су­нул­ся и всё смот­рел и смот­рел, никак не мог ото­рвать­ся от жу­рав­ли­ной стаи, ухо­див­шей в туман. (17)И всё слу­шал плеск и пе­ре­ли­вы пти­чье­го крика над опу­стев­шей по осени землёй.

(18)За не­сколь­ко дней до этой встре­чи с жу­рав­ля­ми один жур­нал по­про­сил меня на­пи­сать ста­тью о том, что такое «ше­девр», и рас­ска­зать о каком-ни­будь ли­те­ра­тур­ном ше­дев­ре. (19)Иначе го­во­ря, о со­вер­шен­ном и без­уко­риз­нен­ном про­из­ве­де­нии.

(20)Сей­час на реке я по­ду­мал, что ше­дев­ры су­ще­ству­ют не толь­ко в ис­кус­стве, но и в при­ро­де. (21)Разве не ше­девр этот крик жу­рав­лей и их ве­ли­ча­вый перелёт по не­из­мен­ным в те­че­ние мно­гих ты­ся­че­ле­тий воз­душ­ным до­ро­гам?

(22)Да что го­во­рить! (23)Каж­дый осен­ний лист был ше­дев­ром!

(24)Каж­дый лист был со­вер­шен­ным тво­ре­ни­ем при­ро­ды, про­из­ве­де­ни­ем её та­ин­ствен­но­го ис­кус­ства, не­до­ступ­но­го нам, людям. (25)Этим ис­кус­ством уве­рен­но вла­де­ла толь­ко она, толь­ко при­ро­да, рав­но­душ­ная к нашим вос­тор­гам и по­хва­лам.

(По К. Г. Па­у­стов­ско­му)

(1)Осень в этом году сто­я­ла сухая и тёплая. (2)Берёзовые рощи долго не жел­те­ли. (3)Долго не увя­да­ла трава. (4)Толь­ко го­лу­бе­ю­щая дымка за­тя­ги­ва­ла плёсы на Оке и отдалённые леса.

(5)Я плыл на лодке вниз по реке и вдруг услы­шал, как в небе кто-то начал осто­рож­но пе­ре­ли­вать воду из звон­ко­го стек­лян­но­го со­су­да в дру­гой такой же сосуд. (6)Вода буль­ка­ла, по­зва­ни­ва­ла, жур­ча­ла. (7)Звуки эти за­пол­ня­ли всё про­стран­ство между рекой и не­бо­сво­дом. (8)Это кур­лы­ка­ли жу­рав­ли.

(9)Я под­нял го­ло­ву. (10)Боль­шие ко­ся­ки жу­рав­лей тя­ну­лись один за дру­гим прямо к югу. (11)Они уве­рен­но и мерно на­прав­ля­лись на юг, ле­те­ли к тёплой стра­не с пре­крас­ным име­нем Та­ври­да.

(12)Я швыр­нул вёсла и долго смот­рел на жу­рав­лей. (13)По бе­ре­го­вой просёлоч­ной до­ро­ге ехал, по­ка­чи­ва­ясь, гру­зо­вик. (14)Вдруг шофёр оста­но­вил ма­ши­ну, вышел и тоже начал смот­реть на жу­рав­лей.

— (15)Счаст­ли́во, дру­зья!  — крик­нул он и по­ма­хал рукой вслед пти­цам.

(16)Потом он опять за­брал­ся в ка­би­ну, но долго не за­во­дил мотор, а от­крыл бо­ко­вое стек­ло, вы­су­нул­ся и всё смот­рел и смот­рел, никак не мог ото­рвать­ся от жу­рав­ли­ной стаи, ухо­див­шей в туман. (17)И всё слу­шал плеск и пе­ре­ли­вы пти­чье­го крика над опу­стев­шей по осени землёй.

(18)За не­сколь­ко дней до этой встре­чи с жу­рав­ля­ми один жур­нал по­про­сил меня на­пи­сать ста­тью о том, что такое «ше­девр», и рас­ска­зать о каком-ни­будь ли­те­ра­тур­ном ше­дев­ре. (19)Иначе го­во­ря, о со­вер­шен­ном и без­уко­риз­нен­ном про­из­ве­де­нии.

(20)Сей­час на реке я по­ду­мал, что ше­дев­ры су­ще­ству­ют не толь­ко в ис­кус­стве, но и в при­ро­де. (21)Разве не ше­девр этот крик жу­рав­лей и их ве­ли­ча­вый перелёт по не­из­мен­ным в те­че­ние мно­гих ты­ся­че­ле­тий воз­душ­ным до­ро­гам?

(22)Да что го­во­рить! (23)Каж­дый осен­ний лист был ше­дев­ром!

(24)Каж­дый лист был со­вер­шен­ным тво­ре­ни­ем при­ро­ды, про­из­ве­де­ни­ем её та­ин­ствен­но­го ис­кус­ства, не­до­ступ­но­го нам, людям. (25)Этим ис­кус­ством уве­рен­но вла­де­ла толь­ко она, толь­ко при­ро­да, рав­но­душ­ная к нашим вос­тор­гам и по­хва­лам.

(По К. Г. Па­у­стов­ско­му)

(1)Осень в этом году сто­я­ла сухая и тёплая. (2)Берёзовые рощи долго не жел­те­ли. (3)Долго не увя­да­ла трава. (4)Толь­ко го­лу­бе­ю­щая дымка за­тя­ги­ва­ла плёсы на Оке и отдалённые леса.

(5)Я плыл на лодке вниз по реке и вдруг услы­шал, как в небе кто-то начал осто­рож­но пе­ре­ли­вать воду из звон­ко­го стек­лян­но­го со­су­да в дру­гой такой же сосуд. (6)Вода буль­ка­ла, по­зва­ни­ва­ла, жур­ча­ла. (7)Звуки эти за­пол­ня­ли всё про­стран­ство между рекой и не­бо­сво­дом. (8)Это кур­лы­ка­ли жу­рав­ли.

(9)Я под­нял го­ло­ву. (10)Боль­шие ко­ся­ки жу­рав­лей тя­ну­лись один за дру­гим прямо к югу. (11)Они уве­рен­но и мерно на­прав­ля­лись на юг, ле­те­ли к тёплой стра­не с пре­крас­ным име­нем Та­ври­да.

(12)Я швыр­нул вёсла и долго смот­рел на жу­рав­лей. (13)По бе­ре­го­вой просёлоч­ной до­ро­ге ехал, по­ка­чи­ва­ясь, гру­зо­вик. (14)Вдруг шофёр оста­но­вил ма­ши­ну, вышел и тоже начал смот­реть на жу­рав­лей.

— (15)Счаст­ли́во, дру­зья!  — крик­нул он и по­ма­хал рукой вслед пти­цам.

(16)Потом он опять за­брал­ся в ка­би­ну, но долго не за­во­дил мотор, а от­крыл бо­ко­вое стек­ло, вы­су­нул­ся и всё смот­рел и смот­рел, никак не мог ото­рвать­ся от жу­рав­ли­ной стаи, ухо­див­шей в туман. (17)И всё слу­шал плеск и пе­ре­ли­вы пти­чье­го крика над опу­стев­шей по осени землёй.

(18)За не­сколь­ко дней до этой встре­чи с жу­рав­ля­ми один жур­нал по­про­сил меня на­пи­сать ста­тью о том, что такое «ше­девр», и рас­ска­зать о каком-ни­будь ли­те­ра­тур­ном ше­дев­ре. (19)Иначе го­во­ря, о со­вер­шен­ном и без­уко­риз­нен­ном про­из­ве­де­нии.

(20)Сей­час на реке я по­ду­мал, что ше­дев­ры су­ще­ству­ют не толь­ко в ис­кус­стве, но и в при­ро­де. (21)Разве не ше­девр этот крик жу­рав­лей и их ве­ли­ча­вый перелёт по не­из­мен­ным в те­че­ние мно­гих ты­ся­че­ле­тий воз­душ­ным до­ро­гам?

(22)Да что го­во­рить! (23)Каж­дый осен­ний лист был ше­дев­ром!

(24)Каж­дый лист был со­вер­шен­ным тво­ре­ни­ем при­ро­ды, про­из­ве­де­ни­ем её та­ин­ствен­но­го ис­кус­ства, не­до­ступ­но­го нам, людям. (25)Этим ис­кус­ством уве­рен­но вла­де­ла толь­ко она, толь­ко при­ро­да, рав­но­душ­ная к нашим вос­тор­гам и по­хва­лам.

(По К. Г. Па­у­стов­ско­му)

(1)Осень в этом году сто­я­ла сухая и тёплая. (2)Берёзовые рощи долго не жел­те­ли. (3)Долго не увя­да­ла трава. (4)Толь­ко го­лу­бе­ю­щая дымка за­тя­ги­ва­ла плёсы на Оке и отдалённые леса.

(5)Я плыл на лодке вниз по реке и вдруг услы­шал, как в небе кто-то начал осто­рож­но пе­ре­ли­вать воду из звон­ко­го стек­лян­но­го со­су­да в дру­гой такой же сосуд. (6)Вода буль­ка­ла, по­зва­ни­ва­ла, жур­ча­ла. (7)Звуки эти за­пол­ня­ли всё про­стран­ство между рекой и не­бо­сво­дом. (8)Это кур­лы­ка­ли жу­рав­ли.

(9)Я под­нял го­ло­ву. (10)Боль­шие ко­ся­ки жу­рав­лей тя­ну­лись один за дру­гим прямо к югу. (11)Они уве­рен­но и мерно на­прав­ля­лись на юг, ле­те­ли к тёплой стра­не с пре­крас­ным име­нем Та­ври­да.

(12)Я швыр­нул вёсла и долго смот­рел на жу­рав­лей. (13)По бе­ре­го­вой просёлоч­ной до­ро­ге ехал, по­ка­чи­ва­ясь, гру­зо­вик. (14)Вдруг шофёр оста­но­вил ма­ши­ну, вышел и тоже начал смот­реть на жу­рав­лей.

— (15)Счаст­ли́во, дру­зья!  — крик­нул он и по­ма­хал рукой вслед пти­цам.

(16)Потом он опять за­брал­ся в ка­би­ну, но долго не за­во­дил мотор, а от­крыл бо­ко­вое стек­ло, вы­су­нул­ся и всё смот­рел и смот­рел, никак не мог ото­рвать­ся от жу­рав­ли­ной стаи, ухо­див­шей в туман. (17)И всё слу­шал плеск и пе­ре­ли­вы пти­чье­го крика над опу­стев­шей по осени землёй.

(18)За не­сколь­ко дней до этой встре­чи с жу­рав­ля­ми один жур­нал по­про­сил меня на­пи­сать ста­тью о том, что такое «ше­девр», и рас­ска­зать о каком-ни­будь ли­те­ра­тур­ном ше­дев­ре. (19)Иначе го­во­ря, о со­вер­шен­ном и без­уко­риз­нен­ном про­из­ве­де­нии.

(20)Сей­час на реке я по­ду­мал, что ше­дев­ры су­ще­ству­ют не толь­ко в ис­кус­стве, но и в при­ро­де. (21)Разве не ше­девр этот крик жу­рав­лей и их ве­ли­ча­вый перелёт по не­из­мен­ным в те­че­ние мно­гих ты­ся­че­ле­тий воз­душ­ным до­ро­гам?

(22)Да что го­во­рить! (23)Каж­дый осен­ний лист был ше­дев­ром!

(24)Каж­дый лист был со­вер­шен­ным тво­ре­ни­ем при­ро­ды, про­из­ве­де­ни­ем её та­ин­ствен­но­го ис­кус­ства, не­до­ступ­но­го нам, людям. (25)Этим ис­кус­ством уве­рен­но вла­де­ла толь­ко она, толь­ко при­ро­да, рав­но­душ­ная к нашим вос­тор­гам и по­хва­лам.

(По К. Г. Па­у­стов­ско­му)